Читаем без скачивания Сокровища неупокоенных [СИ] - Макс Крынов

стало можно подойти к монстру вплотную — щупальца остались по бокам монстра, мелкие, не дотягивающиеся до пасти, в которую все пытались ударить чем-нибудь. На моих глазах маг вызвал огненный шар размером с баскетбольный мяч и отправил его в распахнутую глотку монстра.

Шар не взорвался, расплескавшись пламенем, а зашипел, прожигая себе путь.

Монстр зашёлся в судорогах, ударил отростками во все стороны. И произошло это настолько быстро, что Тенеплет, змеёй скользящий мимо туловища, не успел среагировать — тонкое, толщиной с запястье щупальце ударило его по боку, перед ударом ярко вспыхнув зелёным.

Книга и кристаллы улетели из рук Тенеплета, а вот кинжал и цепочку амулета голем удержал.

Повезло, что монстр не жахнул какой-нибудь магией по площади. Тенеплет, конечно, перемещается в тенях, но если он от обычных ударов необычного босса не защищён, то магия его точно могла достать.

Голем быстро скользнул к кристаллам, подобрал книгу и спустя секунд десять добрался до нас, на остатках заряда вывалившись из тени.

— Молодец, — пробормотал я, оценив его вид. Пластины на правом боку были смяты, будто его ударило не щупальце, а железная балка. Часть пластин определённо придется менять.

Всё-таки не зря я озаботился дополнительной защитой. Времени это заняло прилично, но если бы я отправился в подземелье со старым Тенеплетом, тот сейчас вряд ли выжил бы. Я всё ещё уверен, что любое повреждение корпуса задействует заклинание, которое следит за его целостностью. Если корпус будет вскрыт, заклинание может посчитать, что я пытаюсь узнать о начинке голема, и задействовать систему самоуничтожения. В документах, которые мне вместе с големом передал кладовщик, понятным по белому было написано предупреждение насчет хрупкости Тенеплета, и последствий, к которым может привести его повреждение.

Ну да ладно, все эти рассуждения можно отложить.

Я быстро переложил добычу в сумку. Рассматривать ее нет времени: займусь этим позже, а сейчас — пора сваливать. Было бы интересно посмотреть на лица авантюристов, которые поймут, что сундук открыт и практически пуст, но безопасность важнее любопытства. Да и рассмотреть добычу хочется, желательно подальше отсюда. От амулета вообще идут мощные волны природной магии: непростая штука.

* * *

Когда отец сказал Глебосу, что «исправит промашку с воспитанием», парень думал, что его ждут побои либо ментальная коррекция, которую никто никогда не встречал, но о которой ходили самые мрачные слухи. К счастью, реальность оказалась иной.

— Вот почему я хочу сделать тебя сильным, — указал ему отец на огромную иллюзию города, что сотворил над столом приглашенный маг. — Смотри.

Иллюзия была невероятно достоверна: можно было разглядеть каждый кирпичик, каждую трещину на окне, каждый камешек мостовой. Но разглядывать хотелось все, кроме застывших на улицах силуэтов.

В городе властвовала нежить. Мёртвые были везде: в заброшенных улочках, в обветшавших и разрушенных зданиях.

Низшая нежить — скелеты и зомби с засохшим на костях мясом, покоились без движения, будто статуи. Но в городе были куда более опасные существа. Вот между рядов нежити пробирался силуэт в пыльном плаще. Вампир. Вот между двумя зданиями проплыл силуэт призрака. Личей, могущественных врагов всего живого, видно не было.

— Смотри внимательно, сын. Эта иллюзия показывает, как обстояли дела два года назад. Сейчас все гораздо хуже, но новой иллюзии у меня нет: птиц, чьими глазами можно было смотреть на некрополисы, теперь сбивают на подлёте. Вот к чему тренировки. Когда станешь главой клана, ты возьмёшь в руки бразды правления, и будешь вынужден столкнуться с теми, кто сидит в этих городах. Сила, которую я тебе предоставил, всё, чему тебя учили прежде — не только для того, чтобы удержать клан на плаву, не ради мифической силы и первенства клана. Возможно, тебе вместе с остальными кланами придется объединиться и защищать выжившие города. Вот, ради чего ты тренировался каждый свободный час своей жизни.

— Почему не ударить по городу молниями? — спросил тогда Глебос.

— Города защищены защитными куполами. Их давно никто не обслуживал — у нежити попросту нет необходимых специалистов, но даже так у мертвых множество городских артефактов. Они могут снять магические артефакты со стационарными защитными куполами со всех городов, принести в ближайшие некрополисы и сохранять там на протяжении десятилетий. И не удивлюсь, если они уже это сделали. А теперь я расскажу тебе про последний ранг архетипа, и то, чего ты на самом деле должен достичь…

В жизни Глебоса снова появились ужасные тренировки, но теперь у этих тренировок появились дополнительные причины. Теперь отец не говорил ему: «делай», а давал объяснения: почему, собственно, стоит это делать. Раньше, до побегов, отец казался пареньку ужасно занятым, а теперь выделял в своём расписании час-другой в день на разговоры. И постепенно отношение к нему менялось: от страха и опаски к настороженному. Теперь Глебос хотя бы понимал причины, по которым отец поступал так, а не иначе. Или же лорд Арк просто получил возможность сгладить углы и выставить себя в более выгодном свете.

Глебос увидел замки других кланов, и забитых крестьян, что жили в деревнях рядом со стенами этих замков. Прочитал сухие строки отчетов о главах этих кланов и их родственниках. Убийства, пытки, подкуп, торговля детьми. Преступления, преступления, преступления. Глебоса теперь труднее было запутать, и он знал: где-то в хранилищах этих кланов лежат похожие досье на его отца, и, возможно, на самого Глебоса: ураган, прошедший в Вяжске, забрал несколько жизней. Но строк было слишком много, и юноша чувствовал, как в душе возрастает ненависть к людям, которых он даже не знал.

Паренек не мог загладить свою вину, но помогал восстанавливать город, по которому прошёл ураган, и пообещал себе раздать каждой утратившей кормильца семье хотя бы по золотому. Но преступлений, описанных в отчетах, было так много, и некоторые были столь жестоки, что их могла искупить только смерть описанных садистов, мошенников и психопатов.

— Как я уже сказал, тебе придётся работать с этими людьми: строить совместные планы, играть на их желании выжить и применять компромат только тогда, когда все остальные пути исчезнут. Они мерзавцы, но они владеют множеством людей и связей. И ты не должен показывать, что они тебе противны. Не раньше, чем они перестанут играть роль в твоей жизни и жизни общества. Не раньше, чем станут абсолютно бесполезны.

— Это и есть жизнь аристократа? — ужаснувшись, спросил Глебос.

— Это ты ещё досье на мэров не видел… но пока оно тебе и не требуется. Да, это и есть наша жизнь: не обращать внимания на эмоции, делать свое дело. Сохранить клан, вырастить наследника, и уже по остаточному принципу уделить время и силы сохранению остального мира. Но иногда бывает так, что душа черствеет от происходящего, и ты теряешь связь с реальностью, и уже не понимаешь нормальных людей: отдаешь не те приказы, которые следовало.

Глебос понял — это относится к приказу убить служанку, который хотел ему отдать отец. Понял, но не простил. Что бы ни говорил отец, а старой служанки в замке не было, и прислуга отмалчивалась на вопросы о ней. Да и предыдущее поведение лорда Арка говорило о нем, как о не совсем хорошем человеке. И для «сохранения выживших» можно было поделиться с городами знаниями, которые Арк применял к собственному сыну, а не держать их в секрете. Однако, все эти вопросы Глебос задавать не стал — он не хотел, чтобы отец переубеждал его, в пыль и прах разбивая доводы и налаживая отношения с сыном. Глебосу хотелось и дальше относиться к словам и рассказам лорда с предубеждением.

А еще, узнав про последний ранг архетипа, Глебос все чаще задумывался — а не опасается ли его собственный отец?

Глава 6

Первым делом я направился к скупщику. Тенеплет, не проявляя никаких признаков самостоятельности, послушно тащил контейнер с ливером великана.

Только у скупщика возникла ещё одна проблема. Оказывается, под сердцем, печенью и прочими органами великана лежали два куска великаньего мяса. Попасть туда случайно они не могли — голем начал вырезать органы именно с сердца и печени, я это чётко видел. Значит, когда я отвернулся, он засунул мясо великана под ценные органы.

Хорошо, что старичок-скупщик рассматривал добычу с безэмоциональностью голема. Взвесил почки, сердце, капнул на печень алхимическим составом, который изменяет свой цвет в зависимости от свежести продукта.

— Это не куплю, — отодвинул он контейнер с мясом. — За остальное